- Точно не скажу — это был примерно 95-й или 96-й год. Я была у подружки на дне рождения, раздаётся звонок, и мама говорит: «Выходи, я жду тебя на улице, пойдём к баптистам на молодёжку». Для меня мир рухнул.
Чтобы вы понимали: я была из тех, кто ещё до появления церкви здесь, когда баптисты собирались в школьном подвале, бегала туда, стучала в дверь и убегала, кидала камушки в окна, говорила про них всякие гадости. И сейчас, оглядываясь, понимаешь — у Бога отличное чувство юмора. Тогда я бы ни за что не поверила, что стану женой пастора. Мы идём с мамой, я плетусь сзади, реву: «Я не пойду к этим баптистам». Мама: «Пойдёшь». И всю дорогу я плакала. Тогда молодёжки проходили дома у Котковых. Я захожу — и вижу: о, там есть мои одноклассники из русской школы, пару человек знаю. Думаю: «Ну, не так всё страшно».
Мы идём с мамой, я плетусь сзади, реву: «Я не пойду к этим баптистам». Мама говори: «Пойдёшь».
И там я увидела его. Нет, не своего будщего мужа. Он тоже там был, но я заметила его только спустя 5–8 лет.
А тогда там был один парень, который меня по-настоящему удивил. Мой сосед, недалеко живущий, с шикарной улыбкой, большими глазами и гитарой в руках. Это был наш дорогой Вася.
Представьте: 1995 или 1996 год. Вася с гитарой поёт и славит Бога. Сейчас 2026-й — Вася всё ещё стоит с гитарой и славит Бога. Это очень круто.
Для меня, 12–13-летней девчонки, всё это было чуждо: церковь, люди, атмосфера. Но Вася взял меня под крыло, пригласил в музыкальную группу. Я училась в музыкальной школе, играла на пианино, немного пела. Он меня вовлёк — и мне это понравилось: что-то новое, петь, участвовать.
Меня очень радует, когда я сижу в церкви и вижу, что спустя более 30 лет Вася всё ещё стоит и славит Бога!
Помню, как однажды пришла в шортах и майке — потом меня попросили так больше не приходить. Я попросила у мамы юбку — у меня их просто не было, я же была спортивным ребёнком.
Вася сыграл огромную роль в моей жизни как молодого христианина. Он был вежливый, заботливый, терпеливый. Помню наши первые спевки — в спортзале, в раздевалке, где мы репетировали. Вася с гитарой, и мы поём.
Я как-то посчитала: мы вместе служили в музыкальном служении 12 лет. Вася в музыкальном служении вырастил уже много поколений. Я помню себя с животиком, как сейчас Сабина стоит — и я тогда была беременна Даником, это был мой последний год в служении. Потом мне стало тяжело петь, и я ушла. Но Вася продолжал.
И меня очень радует, когда я сижу и смотрю, что спустя более 30 лет Вася всё ещё стоит и славит Бога.
Есть ещё одно воспоминание. Мне там лет 16–17, мы всё ещё поём. У нас было трио: я, Вася и Аня Коткова. И мы репетировали.
Новые песни тогда достать и разучить было непросто. Сейчас всё легко: зашёл в интернет, нашёл, поменял тональность — и играешь. А тогда это был целый процесс.
Помню, как мы сидели у меня дома. У меня большая комната. Вася в одном конце с гитарой подбирал аккорды, а мы с Аней — в другом. Я отвечала за магнитофон — красный такой. Ставили кассету: нажимаю play, первая строчка — стоп, Аня записывает. Потом следующая — стоп, записывает. Не успели — мотаем назад. Кассету зажёвывает, вытаскиваем плёнку, крутим карандашом. Кто помнит — поймёт.
Представляете, сколько усилий стоило выучить одну новую песню? Но это было ценно. Помню, одна из первых таких песен была "В дизайне Божьем" , и это было для нас особенно важны.
На сегодняшний день в нашей церкви есть два человека, которые более 30 лет несут одно служение и остаются верными. Это наш дорогой Вася и дорогой Руслан. Для меня это очень ценно и вдохновляет — видеть людей, которые столько лет верны своему служению. Пусть в нашей церкви будет больше таких людей.
Аминь.